Продовольственный рынок Сибири во второй половине 1918–1919 гг.

Новая статья в «Сибирской Заимке».

Рынков В.М.
Продовольственный рынок Сибири во второй половине 1918–1919 гг.: пространственные и отраслевые модели

Проанализирован комплекс статистических источников, свидетельствующих о ценах на основные продовольственные продукты в городах Сибири с июля 1918 по декабрь 1919 г. Динамика роста цен на разные продукты отличалась в зависимости от региона и даже города. Военно-политическое положение, состояние транспорта, неравномерность денежного обращения рассмотрены как факторы влияния на состояние цен.

Читать далее...

Колчаковский государственный переворот в освещении российских мемуаристов

Новая статья в «Сибирской Заимке».

Шишкин В.И.
Колчаковский государственный переворот в освещении российских мемуаристов

Выявлены и критически проанализированы основные опубликованные воспоминания, в которых содержатся сведения о государственном перевороте, произведенном в Омске 18 ноября 1918 г. Сделан вывод, что их авторы в разной степени полно, глубоко и достоверно осветили данное событие. Обнаруженные в мемуарах расхождения фактического и концептуального характера объяснены тем, что мемуаристы обладали фрагментарной и несовпадающей информацией, а также во время Гражданской войны занимали разные политические позиции.

Читать далее...

Временное областное правительство Урала

Новая статья в «Сибирской Заимке».

Рынков В.М.
Временное областное правительство Урала: соотношение региональных и общероссийских факторов деятельности (август – декабрь 1918 г.)

Деятельность Временного областного правительства Урала рассмотрена с точки зрения перспектив и возможностей существования региона в качестве автономного субъекта федерации. Ранее тема изучалась на узкой источниковой базе, а ключевые документы вводились в научный оборот предшественниками вне контекста, объясняющего мотивы их происхождения. Автор анализирует законодательство и документы уральского правительства, уделяя основное внимание выявлению движущих сил и механизмов эволюции уральского автономизма во второй половине 1918 г. Первоначально предполагалось, что региональные органы ограничатся регулированием только отдельных отраслей, необходимых для обеспечения самоуправления территории горнозаводского Урала. Но решение поставленных задач потребовало от правительства более широкого комплекса мер, выделения дополнительных сфер управления, подготовки значительного количества нормативных актов. Временное областное правительство Урала адаптировало для уральских территорий законодательство Самарского Комуча и Временного Сибирского правительства. Оно также выдвинуло ряд законодательных инициатив, которые позже использовались Российским правительством для проведения социальной политики и обеспечения взаимодействия центральной и региональной власти, для выстраивания отношений между регионами. Основным мотивом расширения компетенции региональной власти и выдвижения претензий на обширную территорию являлось стремление уральского правительства обеспечить социальную стабильность и успешное экономическое развитие Урала в ближайшем и отдаленном будущем.

Читать далее...

Социальная политика комитета членов Всероссийского учредительного собрания

Новая статья в «Сибирской Заимке».

Рынков В.М.
Путь в никуда: социальная политика комитета членов Всероссийского учредительного собрания (июнь — ноябрь 1918 г.)

Комитет членов Всероссийского учредительного собрания (далее также — Комуч) существовал с 8 июня по 3 октября 1918 г. В период наибольшего влияния его юрисдикция распространялась на территорию нескольких губерний Поволжья и Урала. Большинство членов Комуча принадлежало к партии эсеров, меньшинство — к другим социалистическим партиям и группам. Попытка умеренных социалистов выстроить отношения власти и общества, которые сами они характеризовали как «демократические», реализовать собственный вариант социально-экономических преобразований была уникальной. Уже по этой причине деятельность Комуча заслуживает пристального внимания.

Избрание в качестве предмета исследования социальной политики Комуча обосновано намерением выявить особенности «социалистического духа» преобразований, впервые не только продекларированных, но и воплощавшихся на практике. Одновременно именно данная предметная область позволяет полнее осмыслить сложности и противоречия реального политического процесса, протекавшего в экстремальных условиях вооруженного противостояния, расколовшего общество.

Читать далее...

Дипломатическая составляющая генезиса широкомасштабной гражданской войны на востоке России

Новая статья в «Сибирской Заимке».

Шишкин В.И.
Дипломатическая составляющая генезиса широкомасштабной гражданской войны на востоке России (конец мая — начало июня 1918 г.)

В статье подвергнуты критике до сих пор встречающиеся в отечественной историографии утверждения о том, что инициатором гражданской войны в России являлся международный империализм, а руководящую роль в ее развязывании сыграл дипломатический корпус Антанты. Имеющиеся источники позволяют утверждать, что в конце мая — начале июня 1918 г. находившиеся в Сибири дипломатические представители США и Франции добивались прекращения военных действий между Чехословацким корпусом и советскими войсками, которые, однако, не увенчались успехом в основном из-за непримиримости руководства большевиков.

«Левый дрейф» социалистов Сибири накануне и после разгрома Колчака (конец 1919 — начало 1920 г.)

Новая статья в «Сибирской Заимке».

«Левый дрейф» социалистов Сибири накануне и после разгрома Колчака (конец 1919 — начало 1920 г.)

Статья восполняет существующую в отечественной историографии лакуну о состоянии и поведении социалистических партий России в один из переломных этапов гражданской войны на востоке страны: во время крушения колчаковского режима и утверждения Советской власти. Быстрое и почти бескровное свержение власти Колчака в конце 1919 — начале 1920 г. на большей части территории Сибири объясняется активным участием в борьбе против белогвардейского режима социалистов. Успешное восстановление и утверждение Советской власти в Сибири после ее освобождения от колчаковщины во многом определялось поведением левых групп социалистов: их вступление в РКП(б). Это позволило большевикам, испытывавшим острейший дефицит квалифицированных и элементарно грамотных руководящих кадров, смягчить тяжелую ситуацию.

Сибирский революционный комитет в советской политической системе периода гражданской войны

Новая статья в «Сибирской Заимке». 

Сибирский революционный комитет в советской политической системе периода гражданской войны

Поводом для написания статьи послужили разногласия в современной научной литературе по вопросу о влиянии Гражданской войны на советскую политическую систему. Большинство исследователей утверждает, что Гражданская война стала решающим фактором, который привел к фундаментальным и необратимым деформациям советской политической системы. Их оппоненты считают дефицит демократизма имманентно присущим этой системе и объясняют его доктринальной сущностью марксизма, менталитетом и политической культурой большевистской элиты. В статье анализируется создание и функционирование в августе 1919 г. — октябре 1920 г. Сибирского революционного комитета, назначенного ВЦИК в качестве государственного органа, которому были подчинены все гражданские учреждения Сибири. Делается вывод о том, что конструирование и конституирование Сибревкома заняло более года. Его медленное встраивание в советскую политическую систему объясняется совокупностью факторов, среди которых выделяется ориентация большевистской элиты не на нормы права, а на глубоко укоренившиеся партийные порядки и традиции. Создание Сибревкома объясняется не потребностями Гражданской войны, а стремлением к деконцентрации власти — частичному перераспределению полномочий внутри советской политической системы. Эксперимент по созданию Сибревкома оценивается как успешный для большевиков. Центр переложил на комитет основную ответственность за укрепление властной вертикали и за развитие событий в Сибири, сделал управление областью более предметным, грамотным и оперативным, добился максимального использования сибирских ресурсов в интересах советской власти.

satrap

Прижать так, чтобы мечтали о смерти

Wendetta. Так было. // Киевлянин. К., 1919. №20, 13.09, с. 1.

   Не скажу с уверенностью, когда это было. Мы, русские интеллигенты, жившие в круговороте безпощадной травли, крови и слез, забывали тогда о времени. Месяцами тянулись страшные дни, томительно жутки были черные ночи. Нашим календарем были географические карты, по которым мы отсчитывали версты, отделявшие нас от Деникинцев. Помнится, во второй половине июля красный Киев ждал Троцкого. Русские волновались.
   — Это хороший признак, хочет поднять настроение; значит, их дела плохи.
   — Дела-то плохи, да доживем ли мы до светлых дней? Увидите, какая резня пойдет после его отъезда, всем нам бежать придется. Мы-то знаем — говорили «бывалые».
   Захотелось увидеть этого человека, вписавшего новую страницу в русскую историю, каждая буква которой была пропитана кровью наших лучших людей. И я достала билет-пропуск на митинг.
   Залит людьми огромный зал Народного Дома. На кроваво-красной эстраде суетились типы с кроваво-красными значками. Грозно заворчал подъехавший автомобиль и, через минуту, в сопровождении свиты быстро поднялся по ступенькам сутулящийся еврей с густой, черной бородой. Тип портного из маленького провинциального городка черты оседлости. Невольно рисовался аршин под мышкой и кусок засаленного сантиметра, свесившегося из кармана. Да неужели это он толкнул братьев на кровавый бой с братьями, от лица России заключил позорный Брестский мир и перед ним склоняются — пусть «красные», но все же русские знамена?
   Громко и отчетливо заговорил он о вреде партизанщины, о необходимости создать регулярную армию, о Деникине — прискучившие фразы, примелькавшиеся уже на столбцах красных газет. Неинтересно, скучно. Я уже собиралась уйти, как неожиданно новые интонации металлически зазвучали в его голосе и остановили меня. Collapse )
reptilian

Поэт-чекист Лурье

   Прибавление к посту Поэт-чекист Стенич. В 1938 его самого сгребла Чека.

Люций. «Улыбки че-ка». // Новое Время. Белград, 1921. №137, 08.10, с. 3.

   Чем занимаются чекисты на досуге?
   Конечно, каждый из них развлекается по-своему.
   Некоторые даже пишут стихи.
   Передо мной сборник стихов одного из таких субъектов, названный автором «Улыбки чека».
   «Улыбки» эти изданы в Тифлисе, причем обложка украшена фотографией чекиста, фамилия которого Михаил Запрудный. Фотография из альбома уголовных преступников. Перед вами типичный каторжник, с вырождающимся дегенеративным лицом. Акатуй помнит такие лица. На Сахалине их было не мало.
   Сборник чекиста открывается четверостишием:
      Вы томно поете о чайках,
      Жемчужно сплетая слова про любовь,
      А я вам спою о чрезвычайках,
      Про разстрелы, про казни и кровь...
   Это, так сказать, предисловие, «ключ» к дальнейшему.
   В сборнике есть несколько отделов. Тут и «победные марши», и любовная дребедень, в которой чекист предлагает, повидимому, своей жене («ты моя Запрудная») встать почему-то «на цыпочки»,— но центр тяжести, конечно, в отделе «Цветы чека».
   Оно и неудивительно. Ведь у всякого совдепщика, по словам автора «Улыбок»,
      Волокна мозгов проросли исполкомами
      Чрезвычайки вросли в мышцы рук...
   Чекист помешан на чека. Он пишет:
      На вашем столике бутоны полевые
      Ласкают нежным запахом издалека,
      Но я люблю совсем иные,
      Пунцовые цветы чека.
      Когда влюбленные сердца стучатся в блузы,
      И страстно хочется распять их на кресте,
      Нет больше радости, нет лучших музык
      Как хруст ломаемых и жизней и костей.
      Вот отчего, когда томятся наши взоры
      И начинает буйно страсть в груди вскипать,
      Черкнуть мне хочется на вашем приговоре
      Одно безтрепетное: «К стенке! Разстрелять!»Collapse )
satrap

Тулупчик Крыленко


Войтоловский Л.Н. Большевики у власти. I. 26-го октября. // Киевская Мысль. К., 1917. №284, 18.11 (01.12), с. 1-2.

   Проснулся я поздно и сразу почувствовал себя во власти тупого бездействия. На ногах точно тяжелые цепи. Не хочется ни двигаться, ни грустить, ни думать. С этим тяжелым чувством апатии я выхожу на улицу.
   На улицах людно. У воззваний революционного комитета небольшие кучки солдат, стариков и женщин. Мне хочется уяснить себе выражение этих лиц, таких безучастных и вялых, и почему-то мне кажется, что у каждого на душе также невыносимо тоскливо и тягостно, как у меня. И так же сиротливо и холодно. Кажется, что люди изнемогают от мертвящего холода в груди и не чувствуют психической надобности друг в друге.
   Лица, еще вчера считавшие себя призванными для трибуны и форума, сейчас угрюмо молчат. Как будто дело идет о событиях, разыгрывающихся в далеких краях, и кругом лишь немые зрители, без действующих лиц.
   Одно чувство выплывает над всем, чувство гнетущей, мучительной подавленности. Точно настали дни безжизненной пустоты и тупой, пассивной бездеятельности. Точно не в Петрограде мы, не в столице, а сосланы надолго, навеки в немой, заброшенный городишко.
   Временами мне кажется, что весь Петроград затаил на минуту дыхание и находится на границе двух страшных безумий: накануне паники или накануне братоубийственной свалки. Это пугливое безумие все растет и подымает со дна души всякую нечистую дрянь. По городу ползут гадкие, тяжелые слухи. Разсказывают о зверских насилиях, которым подверглись арестованные. Говорят об убийстве Терещенко и Коновалова. Из уст в уста переходят всевозможные варианты об убийстве Туманова: Туманова будто бы схватили на Невском, потащили в кексгольмски казармы, потом явилась толпа матросов, выволокла его на улицу, подняла на штыки и утопила в Мойке. Сообщают об истязаниях, учиненных над сдавшимися юнкерами. Их будто бы раздели донага, разстреляли и долго волочили их трупы по земле. Чья-то садическая фантазия усиленно работает над созданием этих омерзительных вымыслов и с наслаждением муссирует каждую гнусную подробность. И эта настойчивая, привязчивая, безпощадная работа приносит свои пышные плоды. Открытая ненависть к большевикам и жесткие приговоры несутся из рядов вчерашних друзей.
   Все это оскорбительно до последней степени. И в то же время собственная мысль безпрестанно колеблется между отрицанием этих слухов и их полным признанием. Дикое поведение победителей, закрытие газет (сегодня вышли только «Новая Жизнь» и «Правда»), беззастенчивые расправы с противниками зарождают невольное сомнение, по какому же ведомству должны быть зачислены коммунары из Смольного?.. Каждую минуту душа против воли наполняется и всасывает новые свирепые слухи. А память услужливо подсказывает старинные выводы психологов: жестоки все честолюбцы, фанатики, узкие натуры, эгоисты и абстрактные доктринеры. Кажется, чего-чего, а доктринеров-фанатиков и узколобых упрямцев в рядах большевистской партии более, чем достаточно. И если выводы психологии правильны, то судьба русской революции является таинственно предопределенной: она будет измята и втоптана в грязь зодчими ленинского социализма.
   Захожу в «Асторию». Эта гостиница пользуется репутацией шикарного клуба, где за чашкой кофе собираются не только представители привилегированного петроградского офицерства, но также члены французской и английской военной миссий. Подсаживаюсь к столику, занятому флотскими офицерами. Разговор идет об «Авроре». И все на ту же тему: об издевательствах, которым подверглись офицеры на крейсере во время ареста. Старый моряк в каком-то высоком чине говорит с дрожью в голосе:Collapse )